Сказка Терем-теремок - Сутеев Владимир Григорьевич. Мышка норушка сказка читать


Сказка Терем-теремок - Сутеев Владимир Григорьевич

Летала Муха по лесу, устала, присела на веточку отдохнуть и вдруг увидела: среди леса в густой траве стоит... терем-теремок!

Подлетела к теремку Муха, покружилась над ним, заглянула внутрь и воскликнула:

- Вот так терем-теремок! Да тут и нет никого! Буду здесь жить.

Стала Муха в том теремке жить-поживать.

А тут как-то Мышка бежала и ненароком теремок заметила.

- Вот так терем-теремок! И кто там в тереме живёт? - спросила Мышка.

Муха из окошка выглянула.

- Я живу тут - Муха-Горюха. А ты кто?

- А я - Мышка-Норушка. Пусти меня в теремок.

Подумала Муха и сказала:

- Заходи. Живи на здоровье.

Стали они вдвоём жить.

А тут, как только дождик прошёл, откуда ни возьмись Лягушка: шлёп! шлёп!

К теремку прискакала, в цветок-колокольчик позвонила: динь-динь!

- Ква-ква, кто в теремочке живёт-поживает?

Открылось окошко.

- Я - Муха-Горюха.

- Я - Мышка-Норушка. А ты кто такая?

- Я - Лягушка-Квакушка. Пустите меня в теремок.

Переглянулись Муха с Мышкой и сказали:

- Милости просим!

Вдвоём - хорошо, а втроём - ещё лучше. Стали они втроём жить-поживать, добра наживать.

Шёл по лесу Петух и увидел теремок, остановился, крыльями захлопал, шею вытянул - как закричит:

- Ку-ка-ре-ку!

А потом ещё громче:

- Кто, кто в теремочке живёт?

Тут все, кто в теремочке был, ему навстречу вышли и назвались:

- Я - Муха-Горюха.

- Я - Мышка-Норушка.

- А я - Лягушка-Квакушка.

И его спросили:

- А ты кто?

Петух приосанился, гребешком тряхнул, шпорами звякнул и крикнул ещё громче:

- Я - Петушок - Золотой Гребешок! Хочу у вас жить!

И все хором сказали:

- Добро пожаловать!

Стали теперь вчетвером жить.

Убегал от Лисы Заяц.

Скакал, кружил по лесу, по зелёной травке и на теремок случайно наскочил.

- Вот так терем-теремок! - подивился Заяц. - И кто же там в теремочке живёт?

И стал изо всех сил в дверь барабанить.

А там, за дверью, стоят все, открыть боятся...

Муха за всех ответила:

- Здесь мы живём. Я - Муха-Горюха, ещё Мышка-Норушка да Лягушка-Квакушка и Петушок - Золотой Гребешок. А ты кто?

- Я?.. Я - Зайчик-Побегайчик, пустите меня поскорее... За мной Лиса гонится.

Тут дверь распахнулась и все разом сказали:

- Входи. Местечко найдётся.

И стали теперь впятером жить.

Тут нежданно-негаданно буря разразилась: потемнело кругом, гром загремел, молния засверкала, полил дождь проливной.

И в самую-то непогоду кто-то большой к теремку пришёл. Как зарычит на весь лес:

- Эй! Эй! Кто там в теремочке живёт?

Как ударит в дверь - чуть было её с петель не сорвал.

И на этот раз Муха не побоялась: окошко приоткрыла, в щёлку выглянула и пискнула:

- Мы все тут живём: Муха-Горюха, Мышка-Норушка, Лягушка-Квакушка, Петушок - Золотой Гребешок и Зайчик-Побегайчик. А ты кто такой?

- Я - Медведь Косолапый. Я промок и продрог. Пустите меня обсушиться, обогреться..

- Мы бы рады, - сказала Муха, - да тебе здесь никак не поместиться. Прощение просим!

Огорчился Медведь: куда ему деться, где обсушиться и где согреться?

Вот и полез он на крышу, к тёплой трубе поближе...

Только теремок не выдержал Медведя и развалился под ним! Хорошо - никого не придавило: все успели разбежаться.

Когда дождь прошёл и небо прояснилось, собрались все у обломков теремка.

- Вот и нет теремочка, и негде нам теперь жить, - сказала Мышка и заплакала.

Подошёл Медведь, низко всем поклонился и сказал:

- Простите меня... Ах, виноват я!..

- Простим, - сказали ему, - если новый теремок поможешь поставить. Сумел сломать, сумей и построить!

Стали все новый теремок строить. А Медведь больше всех старается, самую тяжёлую работу делает.

Вот и построили новый терем-теремок, ещё лучше, и больше, и красивее прежнего.

И все там поместились, и ещё для гостей место осталось!

Теперь дружно вшестером живут-поживают!

deti-online.com

«Мышка-норушка» – читать

Мария Митрофанова

– Папа, ну чем плоха моя школа? – в который раз заныла Даша, пытаясь переубедить отца в его решении.

– Дарья, ты взрослый человек, не заставляй меня в сотый раз повторять одно и то же.

Обращение «Дарья» означало только одно: папа сердит. Это девочка усвоила очень давно. Ее отец никогда не повышал голоса. Когда он сердился, то в его тоне появлялись официальные нотки, и обращался он к дочери, называя ее полным именем, без всяких умильных сокращений. А вот когда папа говорил «Дашута», это означало, что дочка может вить из него веревки и получить все, что хочется.

Сейчас явно был не тот момент. Даша еще раз тяжело вздохнула и побрела укладывать вещи. Попутно она показала язык своему отражению в зеркале. Там отразилась всклокоченная девчонка в шортах и футболке и огромных очках в темной роговой оправе на маленьком носу.

Девочка вошла в свою комнату, села на пол перед раскрытым чревом чемодана и посмотрела по сторонам: от милого сердцу привычного уюта уже не осталось и следа. Постеры любимых групп и забавные карикатуры, которые дарил ей сосед Мишка, учившийся в художественной школе, были уже убраны, оставив на обоях более темные прямоугольники. Сиротливо валялся затасканный, некогда пушистый медведь, с которым маленькая Даша раньше спала в обнимку. Девочка никак не могла решить: брать ли его с собой? Игрушка, конечно, уже утратила свое первоначальное великолепие, но была самым первым подарком папы.

Даша обняла медведя, уткнувшись носом в его пахнущий пылью мех. «Я тебя не брошу. Пусть ты старый, а я уже выросла, но ты поедешь со мной!» – наконец решила девочка.

– Дашенька, – заглянула в дверь ее бабушка Анна Петровна, – Ты чего сидишь? Сколь еще всего укладывать, а ты со своей поклажей никак не разберешься.

Бабушка намеренно напустила на себя суровость, чтобы не расплакаться и не раздражать слезами сына, Дашиного отца. Старушке было ужасно тяжело покидать насиженное место. Сколько ведь всего было в этом доме! Но Анна Петровна согласилась с доводами Дмитрия, что девочке нужна новая школа, с более серьезными преподавателями, а сам он все время в разъездах, поэтому нельзя же девочку оставлять без присмотра надолго. Да и квартира пустует.

– Ой, бабуля, я задумалась! Сейчас соберусь!

Бабушка только покачала головой, глядя на внучку, которая принялась имитировать бурную деятельность. Анна Петровна понимала ее, – девочка привыкла здесь, ее пугали перемены и новый большой город, где придется снова искать друзей.

Из всего небольшого семейства Рычаговых только папа был абсолютно спокоен. Он четко знал, что принял правильное решение. Целый год Дмитрий Викторович ломал себе голову о будущем своей дочери, пока судьба не заставила его попасть на родительское собрание. Там он познакомился с классной руководительницей Даши, преподавательницей литературы и русского языка Еленой Евгеньевной.

После обязательного на таких мероприятиях разбора успеваемости учеников и решения денежных вопросов, учительница отозвала Дашиного отца в сторону и сказала:

– Дмитрий Викторович, вам нужно серьезно подумать о будущем вашей дочери.

– А в чем дело, она что-то натворила? – спросил обеспокоенный родитель.

– Ну, разумеется, нет! Даша очень воспитанная и неконфликтная девочка.

– Приятно слышать. Но тогда я просто не понимаю смысла ваших слов. Я, конечно, в силу своей постоянной занятости не могу уделять дочери много времени, но плохим отцом себя не считаю.

– Дмитрий Викторович, вам не стоит обижаться на меня. Просто выслушайте и подумайте. Вы знаете, что ваша дочь Даша пишет чудесные стихи?

– Нет, ваши слова для меня полное откровение.

– Вот видите! Знаете, у девочки большое будущее, это я вам говорю, как филолог со стажем. Ей необходимо учиться, а наша школа, к сожалению, не может дать ей нужной подготовки.

– Спасибо, Елена Евгеньевна, я со всей серьезностью отнесусь к вашим словам.

* * *

После посещения гуманитарного лицея, который ему порекомендовала коллега, весьма довольная успехами своего сына и качеством преподавания в этом учебном заведении, Дмитрий Викторович принял окончательное решение: он перевозит дочь и мать к себе, благо размеры практически пустующей квартиры позволяли. Дело в том, что Дашин папа работал в туристической фирме, организующей круизы для очень состоятельных клиентов. Доход такая работа давала весьма солидный, но требовала постоянных разъездов.

Дмитрий Викторович освободил две комнаты под переселение свих «милых женщин», как он их называл, и поехал к ним, чтобы сообщить о скором переезде. Он совершенно не ожидал, что его решение встретят в штыки. Ну ладно старушка-мать, но Дарья! Девочке сам Бог велел рваться в большой город от рутинного существования в провинции, а она уперлась!

В конце концов, бабушка встала на его сторону. Самое забавное, что сломило ее упорство опасение за пустующую квартиру. Анна Петровна не могла допустить, чтобы сына обворовали, а вот то, что внучке нужна новая школа, понимать никак не хотела.

Продажа дома, упаковка контейнера с вещами, битва с матерью из-за каждой рухлой единицы мебели, которую она непременно собиралась забрать с собой, вымотали Дмитрия Викторовича до предела, да еще заняли практически весь его с таким трудом выбитый в августе отпуск, часть которого он планировал провести с дочерью, показать ей город, походить с ней по магазинам.

После слов учительницы отец испытывал чувство вины к Даше. Ведь когда погибла ее мать, он отправил девочку к бабушке, а сам погрузился в работу, чтобы унять ужасную боль от потери любимой жены. Потом он, когда навещал своих женщин, всегда привозил для Дашуты подарки, но как-то не совсем понимал, что же нужно для маленькой девочки. Анна Петровна так часто выговаривала сыну за несуразную одежду, что он махнул рукой, и стал возить дочке только игрушки и сладости.

Одежду для внучки стала покупать экономная бабушка, которая за отсутствием вкуса, оценивала вещи с точки зрения практичности и минимальной цены.

Итогом бабушкиных усилий стало то, что Дарья одевалась в бесформенные свитера и «немаркие» юбки и джинсы. И то: право носить джинсы девочка отвоевала в упорной борьбе. Бабушка согласилась только после того, как Даша сказала: «Я что, хуже других? У всех девчонок есть, а у меня нет!» – и залилась слезами.

Этого Анна Петровна вынести не могла. Она всегда считала, что надо быть, как все, или лучше. Бабушка и мысли не допускала, что ее внучка может быть хоть в чем-то хуже других. Поэтому, каждый год с наступлением осени, Даша вступала с бабушкиной прижимистостью в схватку из-за покупки джинсов. Заветное «я что, хуже всех должна быть» выскакивало из внучкиных уст в нужный момент, и бабуля, скрепя сердце, отваливала безумную сумму за фирменные штаны. Но еще пару дней ворчала, что «на этакие деньжищи можно было купить четверо портков», и только потом успокаивалась до следующей осени.

Других разногласий между бабушкой и внучкой не было, и жили они очень дружно. Особенно Даша любила бабулины напевные сказки, они завораживали ее, трогали чувствительные струны ее детской души.

– Бабуля, расскажи сказку, – канючила Даша долгими зимними вечерами, когда Анна Петровна усаживалась с вязанием в продавленное кресло под торшером.

– Даша, ну какие сказки, ты ведь уж большенькая совсем! – притворно вздыхала старушка.

– Ну, бабуля, ну, пожалуйста! – не отставала девочка.

Анна Петровна польщенно улыбалась и начинала:

– В некотором царстве, в некотором государстве...

А внучка затихала и слушала. Нет, недавно известные наизусть сюжеты сказок привлекали девочку, а какой-то особенный внутренний ритм, будивший в Даше смутные ответные образы. В десять лет эти образы впервые вылились на бумагу.

Греется кот у печки, Теплится Богу свечка. Не бойся зимней метели И не дрожи, сердечко...

Тихо сверчки запели, Спят под окошком ели. Спрячусь в укромном местечке, Что мне с любовью согрели.

Затем стихи стали появляться снова и снова. В конце концов, после долгих сомнений, девочка показала тетрадку с неровными детскими строчками учительнице.

Даше повезло с преподавательницей: Елена Евгеньевна тонко чувствовала поэзию, она удивилась тому таланту, искорки которого заметила в стихах ученицы. Учительница пообещала себе помочь девочке развить этот редкий дар.

* * *

Переехали Рычаговы двадцатого августа. Дмитрий Викторович привез свое семейство на машине, дорогой показав Даше ее будущую школу. Заново отделанное старинное здание произвело на девочку странное впечатление. Ей казалось, что оно подавляет ее своим величием. «Какой-то мрачный дворец, а не школа» – подумала Даша.

На следующий день прибыл контейнер с вещами и внучка с бабушкой занялись устройством своих комнат. Анна Петровна контрабандой протащила вязаные коврики, вышитые салфеточки и занавесочки с оборочками, с помощью которых быстренько превратила свое жилище в подобие филиала фольклорного музея.

Дмитрий Викторович ужаснулся эклектичному виду комнаты, но промолчал, щадя чувства своей старой матери.

Даша поначалу загрустила: слишком чужой показалась ей комната, обставленная новой, пахнущей лаком мебелью. Но потом, разложив по полкам одежду и книги и залепив стену над столом рисунками и постерами, она немного ожила. К тому же, вид из окна был потрясающий! Квартира располагалась на восьмом этаже, и весь город был, как на ладони. Особенно понравился девочке мост через реку: вечером он перерезал темную ленту воды цепью ярких огней. «Здесь можно жить» – решила Даша.

(Из дневника Даши)

2 сентября. Я была права. Ничего хорошего в этой школе нет. Мало того, что папа прямо перед первым сентября уехал, так еще, оказывается здесь другая программа и надо опять покупать новые учебники! Я же города не знаю, где искать – не понятно.

Хотела написать письмо Мишке-художнику, а кроме жалоб ничего не выходит. А зачем ему мое нытье? Лучше выплачусь в дневник, он все выдержит. Вот бабуле проще – она уже со всеми старушками перезнакомилась, сидит вечерами на лавочке, учит соседок огурцы солить и капусту квасить. А мне что делать прикажете? В школе ребята все такие самоуверенные, девчонки красивые, как будто не учится пришли, а фотографироваться для каталога модной одежды. Так на меня посмотрели, я чуть сквозь землю не провалилась! Ну не красивая я, и что?

А тут еще новая классная вывела к доске и давай распинаться: «Это новая ученица! Она из провинции! Будьте к ней снисходительны!» как будто мне нужно их снисхождение. И смотрят теперь на меня, как на сироту казанскую. Ну, как тут выдержать?

* * *

3 сентября. Это какой-то кошмар! Полкласса в очках, а эта Белова ко мне прицепилась: «У тебя что, Даша, с глазами что-то серьезное?» Отвечаю, что обычная близорукость, минус два всего. А она опять мне: «А зачем тебе такие странные очки?» – и жалостливо так на меня смотрит. И чем ей мои очки не угодили? Обычные очки, я привыкла. Какие бабушка в оптике заказала, такие и ношу.

Потом Белова отошла от меня и шу-шу-шу с другими девчонками про меня, и зыркают исподтишка, как будто я ничего не вижу. Я же не слепая, а только в очках.

* * *

5 сентября. Как я опозорилась сегодня на алгебре! Вызывает меня Павел Юрьевич к доске решать задачу, иду себе смело, материал знаю, ничего сложного, я заранее учебник на целый раздел пролистала, чтобы в курсе быть. Иду я себе, а тут умник Рыжов за рукав дергает и говорит: «Рычагова, не трусь, если что, подскажем». Тут меня и переклинило! Дошла до доски, сама, как рак, красная, щеки полыхают, в ушах звон, руки дрожат так, что мел удержать не могу. Едва условие записала, Павел Юрьевич три раза повторял.

Хорошо, что звонок меня от мучений избавил. Сбежала я в туалет, заперлась в кабинке и проревела всю большую перемену. Это ж надо такому случиться! Никогда такого не было.

* * *

6 сентября. Оказывается, алгебра – это еще цветочки! Биология стала верхом моего унижения. Забыть строение цветка и десять минут мямлить, еле-еле выдавливая из себя слова! Поставили мне сочувственную четверку. Что со мной творится, не понимаю. Я же все это знаю, я же бабулин справочник лекарственных растений вдоль и поперек изучила еще в прошлом году! А остальные отвечают себе так спокойненько, так небрежненько, как будто с подружкой беседуют, а не у доски стоят! Ну откуда у них у всех такая самоуверенность!?

* * *

8 сентября. Когда же приедет папа. Я хочу в другую школу! Он же говорил, что это гуманитарный лицей, на фига же тогда физкультура? Из-за этой физры опять с бабулей повздорили. У всех такие спортивные костюмы: «Найк», «Пума», что-то еще, умопомрачительное и непонятное. А у меня минская трикотажная фабрика, да еще болотно-серого цвета! Говорю бабушке: мне форму новую надо, а она в ответ, что, мол, и эта еще не сношена. Я ей про «хуже всех», а она – отца дожидайся. И что теперь делать? Одно утешение: по литературе учитель классный, не хуже моей Елены Евгеньевны. Так рассказывает интересно! И совсем не по учебнику. Я просто заслушалась. Надо узнать, где тут библиотека, и взять книги, о которых он говорил. Да, Игорь Сергеевич – учитель, что надо.

* * *

9 сентября. Первый светлый момент со дня моего пребывания в новой школе: я получила пятерку за сочинение! Игорь Сергеевич меня очень хвалил. Вот только зря он это перед всем классом сделал, – ребята уставились на меня, как будто я инопланетянка. А на перемене окружили вшестером: Белова, как всегда, Рыжов, и вся их компания, давай поздравлять! «Молодец, Даша, так держать! Давай мы тебе с другими предметами поможем!» Как будто мне нужна их помощь! Я и так не дура. Просто я их всех стесняюсь. Оставили бы меня в покое, зачем я им. Они все красивые, стильные, я среди них, как ворона. Эх, была бы каждый день одна литература! Так здорово! Только страшно, что к доске вызовут, а, вдруг, я и здесь опозорюсь?

* * *

11 сентября. Сегодня ночью прилетел папа! Привез мне раковину – большая, красивая, и море в ней шумит. Здорово! Я так обрадовалась, а папа сказал, что завтра сдаст отчет и будет целых три дня дома. Наконец-то мы с ним обо всем поговорим!

* * *

Дмитрий Викторович вернулся к своим женщинам в самом радужном настроении: последняя его поездка была чрезвычайно успешной и обещала ощутимую прибавку зарплаты. Группа отправила руководству турфирмы самые лестные отзывы об организации круиза вообще и сопровождающем гиде в частности.

Анна Петровна встретила сына, будучи уже вполне довольной жизнью. Старушка успела освоиться на новом месте, обзавестись знакомствами и решить, что везде люди живут. К Диме у нее был только один вопрос: необходим срочный и подробный инструктаж по пользованию многочисленной и разнообразной бытовой техникой, которой кухня была нафарширована до отказа.

Анна Петровна рассудила, что раз ей придется царить в этом сверкающем месте, то надо осваивать все имеющиеся в распоряжении блага цивилизации в ускоренном темпе. К тому же соседские старушки поделились рецептами новых блюд, которые без применения миксера и микроволновки приготовить было просто невозможно.

Эти самые соседки могли, конечно, просветить новую подружку на предмет пользования кухонными приборами, но Анна Петровна ни за что бы не призналась им в своем невежестве. Да и приглашать в сынову богатую квартиру чужих людей она пока еще не осмеливалась.

Просьбу матери Дмитрий Викторович нашел весьма своевременной и легко выполнимой и пообещал все утреннее время от завтрака до обеда посвятить преподаванию практических навыков поведения на современной кухне.

Удивила его дочь. Любящий папа зашел в ее комнату, чтобы взглянуть на свое спящее чадо, так как прибыл он достаточно поздно, но обнаружил Дашу бодрствующей с ручкой в руке.

– Дашута, здравствуй! Ты чего не спишь?

– Ой, папа!...

Девочка вскочила со своего места и бросилась в отцовские объятья, в которые папа с радостью ее заключил. Когда пер-вые восторги встречи немного поутихли, Дмитрий Викторович повторил свой вопрос:

– Дочка, а все-таки, ты почему до сих пор не в постели?

– Ой, папа, мне было так грустно, что я села за свой дневник.

– А ты ведешь дневник?

– Да, и уже давно.

– А почему тебе было грустно?

Даша смутилась. Ей не хотелось портить радость от встречи с папой, поэтому она просто сказала:

– Я очень соскучилась по тебе.

– Ах ты моя малышка! Ну ладно, уже поздно, поэтому ложись-ка спать! А завтра мы весь день проведем с тобой вместе.

– Ура! Тогда – спокойной ночи!

– И тебе тоже, моя хорошая!

Дмитрий Викторович поцеловал дочку и вышел из ее комнаты. А Даша быстро написала в дневнике несколько строк, юркнула в свою постель, уютно свернулась там клубочком и спокойно заснула.

Утром все семейство Рычаговых встретилось за завтраком. Бабулины оладьи с банановым джемом пошли на ура. Потом папа выполнял свое обещание по поводу инструктажа бабушки. Та помногу раз переспрашивала одно и тоже, всплескивала руками и опасливо тыкала в кнопочки. И смех, и грех, да и только!

А Даша, которой не терпелось единовластно завладеть папиным вниманием, своим присутствием на кухне вносила дополнительную сумятицу. От ехидных, но добродушных реплик внучки Анна Петровна и сердилась и смеялась одновременно.

Да и как можно было долго сердиться, например, на такое Дашино замечание:

Миксер хоть и страшный зверь, Ты его не бей об дверь! Он рычит, но не кусает, Крем для торта он взбивает.

Такие шуточные экспромты сыпались из девочки через каждые несколько минут. Даже папа не мог долго оставаться серьезным, слыша дочкины комментарии:

Вот мясорубка электрическая, Визжит, как дама истерическая. Но фарш она нам так намелет, – Бабуля сроду не сумеет.

Это, конечно, стихами назвать было нельзя, но скорость, с которой Даша выдавала рифмованные строчки была удивительной.

Когда процесс обучения бабушки был закончен, папа повез Дашу на своей машине показывать город. Зелененькая «Вольво» шустро катила по чистеньким улицам, а девочка во все глаза смотрела и запоминала. Подумать только, в этом городе было целых три библиотеки!

Когда Даша попросила папу остановиться и записать ее хотя бы в одну из них, то Дмитрий Викторович сказал, что это она сумеет сделать и одна, и привез ее к огромному книжному магазину. Там, помимо учебников, было еще множество разных книг: от солидных, с золотым тиснением, томов классики, до самых последних новинок различных издательств.

У Даши разгорелись глаза, она никогда раньше не видела подобного изобилия. А тут еще папа разрешил выбрать ей все, что она хочет. В конце концов, отец и дочь Рычаговы вышли из магазина нагруженные увесистыми стопками книг, а магазин, только в их лице, получил немалую выручку.

– Папа, – спросила Даша, – А ты можешь купить мне новый спортивный костюм?

– А что, дочка, бабушка тебе к школе ничего не купила?

Девочка смутилась. Конечно, у нее было, что надеть, и вещи все были достаточно добротные. Вот только, как объяснить отцу, что ей нужно, если она сама толком этого не понимает? Даше просто хотелось не выделяться среди своих одноклассников.

– Да нет, пап, у меня все есть. Но, понимаешь...

– Что, ты его порвала случайно и хочешь, чтобы бабушка не узнала? – попытался угадать Дмитрий Викторович.

– Что ты папа, я бабуле никогда не вру! – возмутилась Даша, – Просто я хочу другой!

Ничего умнее девочка сказать не смогла.

– Вообще-то, мы с тобой можем позволить покупку нескольких лишних нарядов, если тебе хочется. Но почему именно спортивный костюм? Ты что, спортом любишь заниматься?

– Ой, ну конечно нет! Я уроки физкультуры и то терпеть не могу! А ты говоришь – спорт.

– Тогда я тебя совсем не понимаю! Это что, какая-то подростковая мода, ходить в спортивных костюмах? Если так, то я этого не одобряю.

Даша тяжело вздохнула. Неужели и сейчас придется говорить заветную бабушкину фразу?

– Пап, это не мода, я про моду вообще мало знаю. Просто у меня самый невзрачный спортивный костюм в классе! – последние слова девочка выпалила на одном дыхании.

– Невзрачный? Даша, объясни мне все это поподробней.

Дочь снова тяжело вздохнула:

– Постараюсь. Ты знаешь, пап, я раньше никогда особо не обращала внимания, во что одета. А сейчас я новенькая, на меня и так все смотрят постоянно, когда к доске иду и вообще... А тут еще и одета я не так, как все. А я не очень хочу выделяться.

– А что плохого в том, чтобы выделяться? – опять не понял папа.

– Ну папа, как ты не понимаешь! Я еще не привыкла к новой школе, мне сложно, а тут еще и одета хуже всех! – сама того не желая, Даша привела последний аргумент.

А на Дмитрия Викторовича напал педагогический стих: он решил убедить дочку в старой истине, что встречают по одежке, а провожают по уму. Он разразился на эту тему длиннейшей тирадой. Даша сникла окончательно. Она все это и сама знала и вовсе не собиралась выпрашивать у отца кучу новых нарядов, ей просто нужно было стать, как все, чтобы ее оставили в покое.

– ...Ты согласна со мной? – закончил папа.

Даша огорченно кивнула, но решила сделать еще одну попытку:

– Папа, а почему ты на работу ходишь в строгом дорогом костюме, а не в джинсах?

– Костюм – это, своего рода, униформа. Он помогает мне. Если бы я пришел в джинсах, то мне гораздо труднее было бы расположить к себе клиентов и вызвать у них доверие.

Девочка поняла, что она на верном пути:

– Так и я об этом же самом! Неужели ты не можешь понять, что мне нужно для начала одеться, как все, чтобы на меня не глазели. Мне так легче будет.

– И для этого тебе нужен новый спортивный костюм?

– Да.

– Даша, я, честное слово, ничего не понял из твоих объяснений. Но покупка костюма – не проблема. Вон фирменный магазин «Пума», сейчас купим.

Дмитрий Викторович притормозил на обочине дороги и повел дочь за покупкой. Внимательные девушки-продавцы выложили перед девочкой целую груду одежды ее размера. Даша выбрала костюм в сине-черной гамме, пару маек и темные кроссовки.

Когда отец и дочь покидали магазин, то он спросил:

– Ты теперь довольна?

– Да. Только мне бы еще хорошие очки...

– У тебя что, снова ухудшилось зрение? – обеспокоился папа.

– Да нет, со зрением все в порядке.

– Ну и слава Богу!

Даша украдкой вздохнула: снова объяснять папе то же самое, но теперь по поводу очков ей совсем не хотелось. Она решила пока ограничиться костюмом, а потом, когда окончательно продумает, как и что говорить, вот тогда и убедить папу.

* * *

– Белова! Светка! – запыхавшийся Рыжов догонял девочку, размахивая руками, – Да подожди ты!

– Слава, ну зачем ты так орешь?

– А ты могла бы и сама остановиться!

– Зачем?

Светлана Белова внешне соответствовала своим имени и фамилии: эдакая юная зеленоглазая валькирия, взгляд которой всегда был направлен пря

Данная книга охраняется авторским правом. Отрывок представлен для ознакомления. Если Вам понравилось начало книги, то ее можно приобрести у нашего партнера.

Поделиться впечатлениями

knigosite.org

Читать онлайн "Теремок" автора Русская народная сказка - RuLit

Русская народная сказка

Стоит в поле теремок.

Бежит мимо мышка-норушка. Увидела теремок, остановилась и спрашивает:

— Терем-теремок! Кто в тереме живёт?

Никто не отзывается. Вошла мышка в теремок и стала в нём жить.

Прискакала к терему лягушка-квакушка и спрашивает:

— Терем-теремок! Кто в тереме живёт?

— Я, мышка-норушка! А ты кто?

— А я — лягушка-квакушка!

— Иди ко мне жить!

Лягушка прыгнула в теремок. Стали они вдвоём жить.

Бежит мимо зайчик-побегайчик. Остановился и спрашивает:

— Терем-теремок! Кто в тереме живёт?

— Я, мышка-норушка.

— Я, лягушка-квакушка. А ты кто?

— А я — зайчик-побегайчик.

— Иди к нам жить!

Заяц скок в теремок! Стали они втроём жить.

Идёт лисичка-сестричка. Постучала в окошко и спрашивает:

— Терем-теремок! Кто в тереме живёт?

— Я, мышка-норушка.

— Я, лягушка-квакушка.

— Я, зайчик-побегайчик. А ты кто?

— А я — лисичка-сестричка.

— Иди к нам жить!

Забралась лисичка в теремок. Стали они вчетвером жить.

Прибежал волчок — серый бочок, заглянул в дверь и спрашивает:

— Терем-теремок! Кто в тереме живёт?

— Я, мышка-норушка.

— Я, лягушка-квакушка.

— Я, зайчик-побегайчик.

— Я, лисичка-сестричка. А ты кто?

— А я — волчок — серый бочок.

— Иди к нам жить!

Волк влез в теремок. Стали они впятером жить.

Вот они все в теремке живут, песни поют.

Вдруг идёт мимо медведь косолапый. Увидел медведь теремок, услыхал песни, остановился и заревел во всю мочь:

— Терем-теремок! Кто в тереме живёт?

— Я, мышка-норушка.

— Я, лягушка-квакушка.

— Я, зайчик-побегайчик.

— Я, лисичка-сестричка.

— Я, волчок — серый бочок. А ты кто?

— А я — медведь косолапый.

— Иди к нам жить!

Медведь и полез в теремок.

Лез-лез, лез-лез — никак не мог влезть и говорит:

— Я лучше у вас на крыше буду жить.

— Да ты нас раздавишь!

— Нет, не раздавлю.

— Ну так полезай!

Влез медведь на крышу и только уселся — трах! — раздавил теремок. Затрещал теремок, упал набок и весь развалился.

Еле-еле успели из него выскочить: мышка-норушка, лягушка-квакушка, зайчик-побегайчик, лисичка-сестричка, волчок — серый бочок — все целы и невредимы.

Принялись они брёвна носить, доски пилить — новый теремок строить.

Лучше прежнего выстроили!

www.rulit.me

Пьеса Теремок Маршака сказка читать текст онлайн

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Злой дед.Еж.Добрый дед.Волк.Лягушка.Лиса.Мышка.Медведь.Петух.

ЗЛОЙ ДЕД. Зачем ты здесь, гороховый стручок?ДОБРЫЙ ДЕД. А ты зачем здесь, еловая шишка?ЗЛОЙ. Как — зачем? Я хочу показать детям страшную сказку.ДОБРЫЙ. А тебе не жаль детей? Ведь они маленькие — испугаются, плакать будут!ЗЛОЙ. Пусть поплачут, мне какое дело!ДОБРЫЙ. Какую же сказку ты им покажешь?3ЛОЙ. Про Змея Горыныча и про Бабу-ягу.ДОБРЫЙ. Ишь какой ты злой! Не дам я тебе детей пугать. Я покажу детям веселую сказку — пусть посмеются.ЗЛОЙ. А что за сказку ты им покажешь?ДОБРЫЙ. Про наливное яблочко и волшебное зеркальце.ЗЛОЙ. Про яблочко? Про зеркальце? Так я тебе и позволю!.. Вот я возьму палку и выгоню тебя отсюда!ДОБРЫЙ. Да с чего ты такой злющий? Не выспался, что ли? Никуда ты меня отсюда не выгонишь.ЗЛОЙ. Нет, выгоню!ДОБРЫЙ. А я назад приду.ЗЛОЙ. Я все двери запру.ДОБРЫЙ. А я в окошко пролезу.ЗЛОЙ. Я все окна затворю.ДОБРЫЙ. А я постучу в окошко. Кто-нибудь из детей мне откроет.ЗЛОЙ. Тогда я и детей всех выгоню!ДОБРЫЙ. Кому же ты тогда сказки будешь показывать?ЗЛОЙ. Сам себе буду показывать!ДОБРЫЙ (смеясь). Эх, какой ты глупый! Знаешь, брат, давай лучше мириться. Я тебе помогу.ЗЛОЙ. Как же ты мне поможешь?ДОБРЫЙ. Давай вместе сказку показывать.ЗЛОЙ. Какую же сказку?ДОБРЫЙ. А вот придумаем.ЗЛОЙ. Ладно. Хочешь про козла? Как его волки съели.ДОБРЫЙ. Нет, мне козла жалко. Давай лучше про теремок.ЗЛОЙ. Про какой такой теремок?ДОБРЫЙ. А в котором звери живут.ЗЛОЙ. Звери? Хорошо! Я в твой теремок таких зверей напущу, что не обрадуешься: лисицу, волка и медведя! Ага! Что? Страшно?ДОБРЫЙ. Ни капельки не страшно. Мои звери твоих и на порог не пустят.ЗЛОЙ. А какие у тебя звери?ДОБРЫЙ. Во-первых, лягушка!ЗЛОЙ. Лягушка? Ха-ха-ха!ДОБРЫЙ. Во-вторых, мышка!ЗЛОЙ. 0-хо-хо-хо!ДОБРЫЙ. В-третьих, ежик!ЗЛОЙ. Ой, не могу! Ежик!.. Ха-ха-ха-ха!ДОБРЫЙ. Смейся, смейся, пока не поздно. После сказки ты у меня заплачешь.ЗЛОЙ. Это почему?ДОБРЫЙ. А вот увидишь. Зови-ка своих зверей!ЗЛОЙ. И ты своих зови!ДОБРЫЙ. А мои уже тут. Ну, слушайте, дети. Стоит в поле теремок — не высокий, не низенький, а какой надо. Выскочила из болота лягушка, увидала теремок, подошла и стучится в дверь...

Добрый дед

В чистом поле теремок,Теремок.Он не низок, не высок,Не высок.

Шла лягушка из болота,Видит: заперты ворота.Эй, замочек, отвались, отвались!Теремочек, отворись, отворись!

Лягушка

Кто, кто в теремочке живет?Кто, кто в невысоком живет?

(Заходит в теремок.)

Ква-ква!..Тишина...В теремочке я одна.Хоть кругом не очень сыро,А хорошая квартира!Ква-ква!Ква-ква-ква!Тут и печка и дрова,И котел и сковородка.Вот находка, так находка!Перед ужином покаЗаморю я червячка.

Добрый дед

Только свет зажгла лягушка,Постучалась мышь-норушка.

Мышка

Это что за теремок,Теремок?Он не низок, не высок,Не высок.Кто, кто в теремочке живет?Кто, кто в невысоком живет?

Лягушка

Я, лягушка-квакушка.А ты кто?

Мышка

А я — мышка-норушка.Пусти меня в дом,Будем жить с тобой вдвоем.Спелых зерен раздобудем,Печь блины с тобою будем.

Лягушка

Так и быть, пожалуй в дом.Веселее жить вдвоем!

Добрый дед

Поселилась мышь с лягушкой,С лупоглазою подружкой.Топят печь, зерно толкутДа блины в печи пекут.Вдруг стучится на рассветеПетушок горластый — Петя.

Петух

Это что за теремок?Он не низок, не высок.Эй, откройте петушку!Ко-ко-ко, кукареку!Кто-кто-кто в теремочке живет?Кто-кто-кто в невысоком живет?

Лягушка

Я, лягушка-квакушка.

Мышка

Я, мышка-норушка.А ты кто?

Петух

А я — петушок,Золотой гребешок,Маслена головушка,Шелкова бородушка.Разрешите здесь пожить,Буду честно вам служить.Спать я будуНа дворе.Петь я будуНа заре.Кукаре-ку!

Лягушка и Мышка

Так и быть, пожалуй в дом.Веселее жить втроем!

Добрый дед

Вот живут они — лягушка,Петушок и мышь-норушка.Их водой не разольешь.Вдруг стучится серый еж.

Еж

Кто, ктоВ теремочке живет?Кто, ктоВ невысоком живет?

Лягушка

Я, лягушка-квакушка.

Мышка

Я, мышка-норушка.

Петух

Я, петушок — золотой гребешок.А ты кто?

Еж

Я — серый ежик,Ни головы, ни ножек,Горбом спина,На спине борона.Разрешите здесь пожить,Буду терем сторожить.Лучше нас, лесных ежей,Нет на свете сторожей!

Лягушка

Так и быть, пожалуй в дом.Жить мы будем вчетвером!

Добрый дед

Вот живут они — лягушка,Еж, петух и мышь-норушка.Мышь-норушкаТолокно толчет,А лягушкаПироги печет.А петух на подоконникеИм играет на гармонике.Серый ежик свернулся в клубок,Он не спит — сторожит теремок.

Злой дед

Только вдруг из чащи темнойПритащился волк бездомный.Постучался у ворот,Хриплым голосом поет.

Волк

Это что за теремок?Из трубы идет дымок.Видно, варится обед.Есть тут звери или нет?..Кто, ктоВ теремочке живет?Кто, ктоВ невысоком живет?

Лягушка

Я, лягушка-квакушка.

Мышка

Я, мышка-норушка.

Петух

Я, петушок — золотой гребешок.

Еж

Я, серый ежик —Ни головы, ни ножек.А ты кто?

Волк

А я — волк,Зубами щелк!

Мышка

А что ты умеешь делать?

Волк

ЛовитьМышат!ДавитьЛягушат!Ежей душить!Петухов потрошить!..

Мышка

Уходи, зубастый зверь,Не ломись ты в нашу дверь!Крепко заперт теремокНа засов и на замок.

Злой дед

Рыщет волк в густом лесу,Ищет кумушку-лису.А лиса идет навстречу —Рыжий хвост, глаза как свечи.

Волк

Лисавета, здравствуй!

Лиса

Как дела, зубастый?

Волк

Ничего идут дела,Голова еще цела.А хочу я, Лисавета,У тебя просить совета.Видишь в поле теремок?

Лиса

Теремок?

Волк

Он не низок, не высок.

Лиса

Не высок?

Волк

Мышь-норушкаТам зерно толчет,А лягушка пироги печет.А петух на подоконникеИм играет на гармонике.До чего хорош петух, —Ощипать бы только пух!

Лиса

Ах, мой серый, мой хвостатенький,Как хочу я петушатинки!

Волк

Да и мне поесть охота, —Только заперты ворота...Может, как-нибудь вдвоемМы ворота отопрем!

Лиса

Ох, слаба я с голодухи!Третий день, как пусто в брюхе.Кабы встретился нам Мишенька-медведь,Он помог бы нам ворота отпереть.Мы пойдем его поищем по лесам!

Волк

Ах ты, батюшки, идет сюда он сам!

Злой дед

В это время в самом делеВышел Мишка из-за ели.Он мотает головой,Рассуждает сам с собой.

Медведь

Я ищу в лесу колоду,Я хочу отведать медуИли спелого овса.Где найти его, лиса?

Лиса

Видишь, Миша, теремок?

Медведь

Теремок?

Лиса

Он не низок, не высок.

Медведь

Не высок?

Лиса

Мышь-норушкаТам зерно толчет.

Волк

А лягушкаПироги печет.

Лиса

Пироги печет капустные,Подрумяненные, вкусные.

Волк

А петух с колючим ежикомРежут сало острым ножиком.

Лиса

Ты не хочешь ли проведатьПетуха,Петушиные отведать,Потроха?

Медведь

Петушатина — хорошая еда.Где ворота? Подавайте их сюда!

Лиса

Нет уж, Мишенька, пойдемДа на месте отопрем!

Злой дед

Вот идут они к соседям —Волк с приятелем-медведем.Впереди лиса идет,В теремок гостей ведет.

Медведь

Эй, хозяева, откройте-ка добром,А не то мы вам ворота разнесем!

Мышка

Это кто пришел к нам на ночь?

Медведь

Михаил!

Мышка

Какой?

Медведь

Иваныч.А по-вашему — Медведь.Потрудитесь отпереть!Долго ждать мне неохота.Расшибу я вам ворота!

Мышка

Тише, Мишенька! В ворота не стучи!

Лягушка

Наше тесто опрокинется в печи!

Петух

Ты не суйся в теремок — кукареку!Или шпорами тебя я засеку!

Еж

Коли будешь заниматься грабежом,Познакомишься со сторожем — ежом!

Медведь

Не хотят меня хозяева впустить.Не хотят меня обедом угостить!

Лиса

Ну-ка, Мишенька, спиною повернись,Ну-ка, Мишенька, на волка навались!Если дружно мы навалимся втроем,Мы тесовые ворота отопрем!

Злой дед

И пошла у них работа:Навалились на ворота...

Добрый дед

Да не могут отпереть.Огрызается медведь.Бьет он волка, точно сваю,А лиса хлопочет с краю.Ей, плутовке, легче всех —Бережет свой рыжий мех.

Лиса

Вперед!

Медведь

Назад!

Лиса

ИдетНа лад!

Медведь

Слышишь, лисонька,Как досточкиТрещат?

Волк

То не досточки,А косточкиХрустят —Раздавил меня бессовестный медведь!Без обеда мне придется помереть.Отдышаться до сих пор я не могу.Еле-еле до постели добегу!

Медведь

Не возьму, лиса, я в толк:Почему взбесился волк?Отчего он убежал?

Лиса

Ты слегка его прижал —Оттого и убежал!Еле ноги уволок...Да какой от волка прок?.И без волка мы ворота отопрем,Петушатины отведаем вдвоем.

Медведь

Очень хочется мне, лисонька, поесть!В подворотню я попробую пролезть.

Добрый дед

Изловчился косолапый,В подворотню сунул лапу.Да, как видно, невпопад —Не идет она назад.Аж в груди дыханье сперло.Заорал во все он горло.

Медведь

Ой, лисичка, помоги!Мне не вытянуть ноги!Пособи мне дружбы ради,Потяни меня ты сзади!

Добрый дед

Не ответила лисаИ ушла к себе в леса.А петух кричит с забора.

Петух

Эй, держите злого вора!Дай, лягушка, кочергу —Пятку я ему прижгу!

Добрый дед

Задрожал медведь с испугу,Заорал на всю округу.

Медведь

Ой, боюсь я кочерги!Ой, лисичка, помоги!

Петух

КукарЕку! Все на двор!В подворотню лезет вор.Эй, хозяюшка-лягушка,Где твоя большая кружка?Принеси воды скорей,Косолапого облей!

Мышка

Поливай его, ребята!

Лягушка

Из кувшина, из ушата!

Еж

Из ведра его облей,Злого вора не жалей!

Медведь

Помогите! Караул!Захлебнулся, утонул!..

Добрый дед

Заревел медведь белугой,Заметался с перепугу,Изо всех рванулся сил —

Чуть ворота не свалил.Разом высвободил ногуИ — айда в свою берлогу!Завывает на ходу.

Медведь

Я к вам больше не приду!

Добрый дед

А петух кричит с забора.

Петух

Мы прогнали злого вора!Кукареку! Ко-ко-ко!Убежал он далеко,Припустил во все лопатки,Удирает без оглядки.Ко-ко-ко! Кукареку!Не вернется к теремку!

Злой дед

Разошелся наш петух,Распушил атласный пух.А пока он петушится,Из кустов ползет лисица...

Лиса(тихо)

Ладно, Петя, погоди,Что-то будет впереди!Пусть бока намяли волку,А медведь попался в щелку, —За своих я отомщу,Петуха я утащу!

Злой дед

Подползла лиса украдкойИ запела сладко, сладко.

Лиса

Кто, кто в теремочке живет?Кто, кто в невысоком живет?Там живетПетушок боевой.Он поетИ трясет головой.Голова его ярче огня...

Петух

Кто-кто-кто там поет про меня?

Лиса

Ах ты, Петя, лихой петушок,У тебя золотой гребешок.Всем на зависть твоя борода.Ты слети, мой красавец, сюда!

Петух

Нет уж, лучше я здесьПосижу —На тебя свысокаПогляжу.

Лиса(тихо)

Ах ты, Петя,Петух удалой!Кто на светеСравнится с тобой?У тебя два широкихКрыла.Ты немножко похожНа орла!..

Петух

Я не слышу,О чем ты поешь.Повтори:На кого я похож?

Лиса

Ты сидишь от меня далеко.Подойди — я шепну на ушко!

Злой дед

Тут петух не утерпел,Звонким голосом запелИ слетел к плутовке рыжей.Подошел он к ней поближе,А лиса, не будь плоха,Хвать за горло петуха!Петушок кричит и бьется,А лиса над ним смеется.

Лиса

Вот теперь скажу я вслух,На кого похож петух.Ты похож па себя, петуха!Скоро съем я твои потроха!Хи-хи-хи!Хо-хо-хо!Ха-ха-ха!Ты похожНа себя, петуха!

Злой дед

Вот лисица бежит во весь дух,А в зубах ее бьется петух.Вырывается глупый петух —

Разлетаются перья и пух.

Петух

Братец ежик дорогой,Выходи-ка с кочергой,С кочергой, с лопатою —Бей лису проклятую!

Добрый дед

Услыхал колючий еж,Закричал: «Разбой! Грабеж!»Побежал он за ворота,Добежал до поворота.Видит: рыжая лисаС петухом бежит в леса.Покатился серый ежикПо траве лесных дорожек,По предутренней росе,Прямо под ноги лисе.Не дает он ей дороги,Колет щеткой лисьи ноги.

Еж

Я — колючий серый еж,От меня ты не уйдешь,Распорю твои меха.Отдавай-ка петуха!

Добрый дед

У ежа иголки колки,Больно колются иголки.Только вертится лиса,Вроде спицы колеса.

Лиса

Ах ты, ежик, серый ежик,Не царапай лисьих ножек,Пожалей мои меха!Отпущу я петуха!

Добрый дед

Петуха она швырнулаДа скорей в кусты нырнула,Прошмыгнула между пней,А колючий еж — за ней.Сзади мчатся друг за дружкойМышка серая с лягушкой...

Мышка

Догоняй! Держи! Лови!

Лягушка

Хвост у рыжей оторви!

Добрый дед

Через лес погоня мчится.Впереди бежит лисица.Задержалась у куста —И осталась без хвоста.А потом во все лопаткиПрипустила без оглядки.Скрылась рыжая в лесу —Только видели лису!Засмеялся серый ежик.

Еж

Я достану острый ножик,Хвост разрежу пополамИ хозяюшкам раздам:Полхвоста тебе, лягушка,Полхвоста тебе, норушка.

Лягушка

Благодарствуй, серый еж.

Мышка

Лучше меха не найдешь!Хвост надену я на шею,Будет мне зимой теплее.В стужу лютую,В морозЯ укутаюСвой нос!

Добрый дед

Вот шагают друг за дружкойЕжик с мышкой и лягушкой.Лисий хвост несут с собой,Говорят наперебой.

Мышка

Мы лису прогнали ловко.Не воротится плутовка!Только жив ли петушок,Золотой наш гребешок?

Лягушка

Он лежит — не шевелится.Мы погнались за лисицейИ оставили егоНа дороге одного.Еле дышит он, бедняжка,Бьет крылом и стонет тяжко.

Еж

Не горюйте вы о нем:Мы сейчас его найдем.Вижу гребень петушиныйНа пригорке под осиной!

Мышка

Что ты, Петя,Не встаешь?

Лягушка

Что ты песенНе поешь?

Петух

Не до песен мне, сестрицы...Был в зубах я у лисицы,Даже встать я не могу!

Еж

Дай тебе я помогу.За крыло тебя возьму я,Птицу бедную, хромую...Ну, вставай! Авось дойдешь.

Петух

Очень колешься ты, еж!Хоть меня не держат ноги,А дойду я без подмоги.

Добрый дед

Подымается петух,Говорит с собою вслух.

Петух

Кукареку, кукареку!Отчего я стал калекой?Оттого, что простоват...Сам во всем я виноват!

Еж

Не горюй, голубчик Петя,Поживешь еще на свете,Будешь песнями опятьСолнце красное встречать!

Добрый дед

В чистом поле теремок,Теремок.Он не низок, не высок,Не высок.Кто, кто в теремочке живет?Кто, кто в невысоком живет?

Лягушка

Я, лягушка-квакушка!

Мышка

Я, мышка-норушка!

Петух

Я, петушок —Золотой гребешок,Маслена головушка,Шелкова бородушка!

Еж

Я, колючий серый еж.Я на всех ежей похож —Горбом спина,На спине борона!

Все вместе(поют)

Нынче праздник веселый у нас,На дворе под гармонику пляс.Мы прогнали медведя в леса,Без хвоста убежала лиса.Без хвоста убежала лиса,Вот какие у нас чудеса!

Лягушка

Ну-ка, Петя, пойди попляши, —У тебя сапоги хороши!

Мышка

Эй, лягушка, пляши с петухом,На еже покатайся верхом!

Еж

Нет, не стоит кататься на мне —У меня борона на спине.

Все

Нынче праздник веселый у нас,На дворе под гармонику пляс!..

(Пляшут.)

Еж

Вот что, братцы, — довольно плясать.Завтра утром попляшем опять.

Петух

Мы попляшем опять на дворе.Разбужу я вас всех на заре!

Мышка

Я вам зерна в муку истолку.

Лягушка

Пирогов я для вас напеку.

Добрый дед

А пока теремок — на замок.Будет спать до утра теремок.На покой собираться пора.Только еж не уснет до утра.Колотушкой он будет греметь,Чтобы слышали волк и медведь,Чтоб от этого стука лисаУходила подальше в леса!..

Ворота в теремок запираются.Перед ними остаются только два деда — Добрый и Злой.

ДОБРЫЙ ДЕД. Вот и вся сказка. Ну, что, еловая шишка, смеешься еще?ЗЛОЙ ДЕД. Нет, плачу! (Ревет.)ДОБРЫЙ. Говорил я тебе, что плакать будешь! Так оно и вышло. Да уж ладно, не горюй! Хочешь, я тебя развеселю?ЗЛОЙ. Развесели! (Плачет.)ДОБРЫЙ. А ты сначала перестань плакать!ЗЛОЙ. Нет, ты сначала развесели! (Плачет.)ДОБРЫЙ. Ну ладно, слушай.ЗЛОЙ. Слушаю.ДОБРЫЙ. Стань добрее — будешь веселее. Вот и все!ЗЛОЙ. Да ты что — смеешься надо мной, гороховый стручок?ДОБРЫЙ. Смеюсь, еловая шишка! И все дети над тобой смеются!ЗЛОЙ. Ладно. Пусть пока смеются!..

Приходите, дети,Приходите, дети,К нам в другой, и третий,И в четвертый раз!Много-много сказокЕсть на белом свете...Страшную-престрашнуюВыберу для вас!

ДОБРЫЙ. Нет, не так!

Приходите, дети,Приходите, дети,К нам в другой, и третий,И в четвертый раз!

Много-много сказокЕсть на белом свете.Самую веселуюВыберу для вас! …

kiddywood.ru

Читать Мышка-норушка - Митрофанова Мария - Страница 1

Мария Митрофанова

Мышка-норушка

Глава 1

– Папа, ну чем плоха моя школа? – в который раз заныла Даша, пытаясь переубедить отца в его решении.

– Дарья, ты взрослый человек, не заставляй меня в сотый раз повторять одно и то же.

Обращение «Дарья» означало только одно: папа сердит. Это девочка усвоила очень давно. Ее отец никогда не повышал голоса. Когда он сердился, то в его тоне появлялись официальные нотки, и обращался он к дочери, называя ее полным именем, без всяких умильных сокращений. А вот когда папа говорил «Дашута», это означало, что дочка может вить из него веревки и получить все, что хочется.

Сейчас явно был не тот момент. Даша еще раз тяжело вздохнула и побрела укладывать вещи. Попутно она показала язык своему отражению в зеркале. Там отразилась всклокоченная девчонка в шортах и футболке и огромных очках в темной роговой оправе на маленьком носу.

Девочка вошла в свою комнату, села на пол перед раскрытым чревом чемодана и посмотрела по сторонам: от милого сердцу привычного уюта уже не осталось и следа. Постеры любимых групп и забавные карикатуры, которые дарил ей сосед Мишка, учившийся в художественной школе, были уже убраны, оставив на обоях более темные прямоугольники. Сиротливо валялся затасканный, некогда пушистый медведь, с которым маленькая Даша раньше спала в обнимку. Девочка никак не могла решить: брать ли его с собой? Игрушка, конечно, уже утратила свое первоначальное великолепие, но была самым первым подарком папы.

Даша обняла медведя, уткнувшись носом в его пахнущий пылью мех. «Я тебя не брошу. Пусть ты старый, а я уже выросла, но ты поедешь со мной!» – наконец решила девочка.

– Дашенька, – заглянула в дверь ее бабушка Анна Петровна, – Ты чего сидишь? Сколь еще всего укладывать, а ты со своей поклажей никак не разберешься.

Бабушка намеренно напустила на себя суровость, чтобы не расплакаться и не раздражать слезами сына, Дашиного отца. Старушке было ужасно тяжело покидать насиженное место. Сколько ведь всего было в этом доме! Но Анна Петровна согласилась с доводами Дмитрия, что девочке нужна новая школа, с более серьезными преподавателями, а сам он все время в разъездах, поэтому нельзя же девочку оставлять без присмотра надолго. Да и квартира пустует.

– Ой, бабуля, я задумалась! Сейчас соберусь!

Бабушка только покачала головой, глядя на внучку, которая принялась имитировать бурную деятельность. Анна Петровна понимала ее, – девочка привыкла здесь, ее пугали перемены и новый большой город, где придется снова искать друзей.

Из всего небольшого семейства Рычаговых только папа был абсолютно спокоен. Он четко знал, что принял правильное решение. Целый год Дмитрий Викторович ломал себе голову о будущем своей дочери, пока судьба не заставила его попасть на родительское собрание. Там он познакомился с классной руководительницей Даши, преподавательницей литературы и русского языка Еленой Евгеньевной.

После обязательного на таких мероприятиях разбора успеваемости учеников и решения денежных вопросов, учительница отозвала Дашиного отца в сторону и сказала:

– Дмитрий Викторович, вам нужно серьезно подумать о будущем вашей дочери.

– А в чем дело, она что-то натворила? – спросил обеспокоенный родитель.

– Ну, разумеется, нет! Даша очень воспитанная и неконфликтная девочка.

– Приятно слышать. Но тогда я просто не понимаю смысла ваших слов. Я, конечно, в силу своей постоянной занятости не могу уделять дочери много времени, но плохим отцом себя не считаю.

– Дмитрий Викторович, вам не стоит обижаться на меня. Просто выслушайте и подумайте. Вы знаете, что ваша дочь Даша пишет чудесные стихи?

– Нет, ваши слова для меня полное откровение.

– Вот видите! Знаете, у девочки большое будущее, это я вам говорю, как филолог со стажем. Ей необходимо учиться, а наша школа, к сожалению, не может дать ей нужной подготовки.

– Спасибо, Елена Евгеньевна, я со всей серьезностью отнесусь к вашим словам.

* * *

После посещения гуманитарного лицея, который ему порекомендовала коллега, весьма довольная успехами своего сына и качеством преподавания в этом учебном заведении, Дмитрий Викторович принял окончательное решение: он перевозит дочь и мать к себе, благо размеры практически пустующей квартиры позволяли. Дело в том, что Дашин папа работал в туристической фирме, организующей круизы для очень состоятельных клиентов. Доход такая работа давала весьма солидный, но требовала постоянных разъездов.

Дмитрий Викторович освободил две комнаты под переселение свих «милых женщин», как он их называл, и поехал к ним, чтобы сообщить о скором переезде. Он совершенно не ожидал, что его решение встретят в штыки. Ну ладно старушка-мать, но Дарья! Девочке сам Бог велел рваться в большой город от рутинного существования в провинции, а она уперлась!

В конце концов, бабушка встала на его сторону. Самое забавное, что сломило ее упорство опасение за пустующую квартиру. Анна Петровна не могла допустить, чтобы сына обворовали, а вот то, что внучке нужна новая школа, понимать никак не хотела.

Продажа дома, упаковка контейнера с вещами, битва с матерью из-за каждой рухлой единицы мебели, которую она непременно собиралась забрать с собой, вымотали Дмитрия Викторовича до предела, да еще заняли практически весь его с таким трудом выбитый в августе отпуск, часть которого он планировал провести с дочерью, показать ей город, походить с ней по магазинам.

После слов учительницы отец испытывал чувство вины к Даше. Ведь когда погибла ее мать, он отправил девочку к бабушке, а сам погрузился в работу, чтобы унять ужасную боль от потери любимой жены. Потом он, когда навещал своих женщин, всегда привозил для Дашуты подарки, но как-то не совсем понимал, что же нужно для маленькой девочки. Анна Петровна так часто выговаривала сыну за несуразную одежду, что он махнул рукой, и стал возить дочке только игрушки и сладости.

Одежду для внучки стала покупать экономная бабушка, которая за отсутствием вкуса, оценивала вещи с точки зрения практичности и минимальной цены.

Итогом бабушкиных усилий стало то, что Дарья одевалась в бесформенные свитера и «немаркие» юбки и джинсы. И то: право носить джинсы девочка отвоевала в упорной борьбе. Бабушка согласилась только после того, как Даша сказала: «Я что, хуже других? У всех девчонок есть, а у меня нет!» – и залилась слезами.

Этого Анна Петровна вынести не могла. Она всегда считала, что надо быть, как все, или лучше. Бабушка и мысли не допускала, что ее внучка может быть хоть в чем-то хуже других. Поэтому, каждый год с наступлением осени, Даша вступала с бабушкиной прижимистостью в схватку из-за покупки джинсов. Заветное «я что, хуже всех должна быть» выскакивало из внучкиных уст в нужный момент, и бабуля, скрепя сердце, отваливала безумную сумму за фирменные штаны. Но еще пару дней ворчала, что «на этакие деньжищи можно было купить четверо портков», и только потом успокаивалась до следующей осени.

Других разногласий между бабушкой и внучкой не было, и жили они очень дружно. Особенно Даша любила бабулины напевные сказки, они завораживали ее, трогали чувствительные струны ее детской души.

– Бабуля, расскажи сказку, – канючила Даша долгими зимними вечерами, когда Анна Петровна усаживалась с вязанием в продавленное кресло под торшером.

– Даша, ну какие сказки, ты ведь уж большенькая совсем! – притворно вздыхала старушка.

– Ну, бабуля, ну, пожалуйста! – не отставала девочка.

Анна Петровна польщенно улыбалась и начинала:

– В некотором царстве, в некотором государстве...

А внучка затихала и слушала. Нет, недавно известные наизусть сюжеты сказок привлекали девочку, а какой-то особенный внутренний ритм, будивший в Даше смутные ответные образы. В десять лет эти образы впервые вылились на бумагу.

Греется кот у печки,

Теплится Богу свечка.

Не бойся зимней метели

И не дрожи, сердечко...

Тихо сверчки запели,

Спят под окошком ели.

Спрячусь в укромном местечке,

Что мне с любовью согрели.

online-knigi.com


Смотрите также